Богослов.ru

XVIII век

Радио России

Императрица Екатерина II

 

5 ноября 1796 года с императрицей Екатериной II случился инсульт. Промучившись сутки, она умерла под грохот ботфортов «неразумного Павла», как она называла своего сына. Он метался по комнате, совершенно не обращая внимания на свою умирающую мать. Павел искал завещание, ведь оно могло помешать ему стать императором, потому что Екатерина желала видеть на престоле своего внука Александра. Между ней и сыном не было искренности и любви. Их отношения были не только холодными, но и враждебными. Впрочем, в своем детстве Екатерина и не знала других — ее отношения с матерью были точно такими.

Екатерина происходила из мелкого северогерманского княжеского рода. При рождении ее нарекли Софьей Августой Фредерикой. Умная и честолюбивая Фике, так звали девочку в семье, воспитывалась в строгости. От своей матери она получала только наказания и, причем, не всегда справедливые. Поэтому, когда открылась возможность покинуть родной дом, она сделала это без особой печали. Даже несмотря на то, что ей предстояло навсегда поселиться в далекой и чужой для нее России, выйдя замуж за наследника престола и будущего императора Петра III.

В яркий январский день 1744 года Фике и ее мать пересекли русскую границу. Встречали их сразу по-царски. Из бедной, разбитой брички, запряженной одной лошадью, они пересели в сани, крытые соболями и серебряною парчой с тройкой вороных. Фике сразу ощутила разницу между скудостью и мелочностью их дворян и широтой двора русского. Она быстро выучила русский язык, и уже в следующем году перешла в православие, превратившись из Фике в Екатерину Алексеевну.

При дворе юная супруга наследника была приятна всем, кроме своего мужа. Ее личная жизнь с Петром III не удалась. Сама Екатерина в своих воспоминаниях откровенно признавалась: «Русская корона мне нравилась много больше, чем сам жених. И я сказала себе: “Или погибну, или буду царствовать!”». Екатерина пыталась понравиться всем и у нее это получалась. Двор, гвардия и весь Петербург души не чаяли в молодой супруге императора. Зато сам Петр лишь множил себе врагов. Дело дошло до того, что какой-то молодой офицер стал приставать к опытным командирам с наивным вопросом: «Когда-де царя свергать пойдем?» В результате таких настроений в 1762 году Петр III был низложен военным мятежом, без единого выстрела и пролития крови.

Однако для российской провинции свержение Петра было полнейшей неожиданностью. Даже в Москве, когда был получен манифест о восшествии на трон Екатерины, и губернатор, огласив его перед жителями города, выкликнул здравицу в честь новой самодержицы... она повисла в тишине! Народ молчал. Пошли слухи о Екатерине как о ложной царице, самозванке. Будучи от природы женщиной одаренной, обладавшей упорной волей и редким умением понимать людей и влиять на них, Екатерина сравнительно скоро овладела положением. В царском манифесте она объясняла устранение Петра прежде всего тем, что в его правление нависла угроза над Православной Церковью: «Закон наш православный греческий первый почувствовал потрясение и истребление преданий церковных… Церковь наша увидела опасность перемены древнего православия на иноверный закон». Сама же Екатерина любила выставлять себя верной дочерью Православной Церкви, ее защитницей. Она ходила из Москвы пешком на богомолье в Троице-Сергиеву лавру, целовала руки духовенству, ездила на поклонение к Киево-Печерским угодникам. И все же современник Екатерины историк князь Михаил Щербатов позволил себе усомниться в вере императрицы, он писал про нее: «Закон христианский, хотя довольно набожной быть притворяется, ни за что почитает». И действительно, на деле императрица была человеком нерелигиозным. Внешне проявляемое уважение к Церкви легко уживалось в ней с религиозным равнодушием. Она была убеждена, что религия и Церковь являются лишь одним из устоев государственности, который необходим для укрепления народной нравственности и дисциплины. В основе ее понимания отношений Церкви и государства лежала острая неприязнь к теории разделения власти на духовную и светскую. Екатерина придерживалась принципов широкой веротерпимости, доходившей до полного безразличия. Как государственного деятеля ее хорошо характеризует одно замечание, сделанное ей еще до восшествия на престол: «Уважать веру, но никак не давать ей влиять на государственные дела».

Неудивительно поэтому, что некоторые из обер-прокуроров, стоявших во главе Синода Русской Церкви при Екатерине, оказывались или неправославными, или неверующими. Таким был, например, совершенно равнодушный к Православию и не понимавший его Мелиссино, предлагавший Синоду отменить многие церковные праздники, укоротить церковные службы, разрешить поставление женатых епископов. Таким был и пришедший ему на смену Чебышев, бывший военный, не стеснявшийся при толпе народа заявлять, что «никакого Бога нет!», а на заседаниях Синода сопровождать свои выступления нецензурной бранью.

Один из историков середины XIX столетия, обозревая религиозное состояние общества в эпоху Екатерины II, писал: «Западными безбожными идеями и клеветой на религию в высшем русском обществе увлекались до того, что не только забывали думать о религии как об основе гражданского благоустройства, но и боялись ее. Под формой гуманизма отворяли дверь неверию, распутству и суеверию… как будто все это не унижение человечеству. Писали и хлопотали о свободе совести и правде, а не понимали, что без христианской основы все это хуже, чем мечты, так как на практике оказывается деспотизмом эгоизма. Новая философская мораль XVIII столетия воспитала в них жажду тщеславия, развила вкус к светскому легкомыслию, праздной потере времени и распущенной жизни. Она наплодила ловких и бессовестных грабителей казны и таких же душителей слабого, от которых государственный организм доходил до крайнего расстройства».

 

Отметить или снять отметку
Пастырские беседы
Отметить или снять отметку
История церкви
Отметить или снять отметку
Богословская мозаика
Отметить или снять отметку
Библия для детей
Отметить или снять отметку
Россия. История в лицах
Отметить или снять отметку
Учители. Мыслители. Пророки
ПОИСК